Stuff Riter. СЛОЖНОЕ ПРЕДЧУВСТВИЕ. Плоскостная геометрическая интерпретация жизни и творчества К. С. Малевича

Малевич решил стать художником еще в почти бессознательном возрасте. Он потом всегда помнил тот день. Отец и мать усадили трехлетнего Казимира за старинный дубовый стол, положили перед ним чистый лист бумаги и дали краски и кисть. На лице ребенка появилась блуждающая улыба, глаза пристально и неотрывно смотрели куда-то сквозь лист, будто пытаясь увидеть в глубине плоскости третье измерение. Тогда Малевич нарисовал свой первый квадрат - бурый в разводах, с неровными краями, окруженный разноцветными кляксами, но вполне квадратный квадрат. Он так понравился маленькому Казимиру, что он повесил его не стену и по утрам любил смотреть в него как в окошко.

Кто знал тогда, что в этом окне он увидит черное мертвое солнце нового искусства. Но это потом. А пока - село Пархомовка. Потом Киевская рисовальная школа. С 1896-го первые художественные кружки, первые выставки и продолжение учебы в Москве. Дальше все покатилось по накатанной колее. Малевич в последовательном порядке (чтобы никто не думал, что он сразу стал такой суперпрогрессивный) увлекается импрессионизмом, кубизмом и кубофутуризмом. Ну и конечно же общается с Хлебниковым, Крученых, Филоновым и прочими шедшими в авангарде. Но именно тогда и происходит то, что можно назвать каким-то внутренним надломом, какой-то разновидностью сумасшествия, продолжавшегося до конца жизни художника. Следуя фрейдистским методам, можно протянуть нить случившихся изменений в сознании с эпизодом рисования в раннем детстве, но нам все представляется куда более сложным. В общем, Малевича начали преследовать КВАДРАТЫ.

На первый взгляд это может показаться странным: квадраты в начале века. Это нам привычен квадрат, нам, живущим в параллелепипедных домах (которыми мы обязаны в том числе Малевичу). А тогда - вы только вообразите - модерн, котелки на головах, извозчики, церкви, царь. И вдруг - квадраты. Сам художник сначала был просто обескуражен. Настолько, что некоторое время не чуял в этом неладного. Но скоро он уже столкнулся лицом к лицу со своей патологией - когда отчетливо увидел квадрат на лбу проходящей мимо дамы. Через неделю на каждом прохожем Малевич видел по квадрату - на разных частях тела. Он быстро привык, даже придумывал всевозможные фразы типа: "покажи мне свой квадрат, и я скажу, кто ты". Но с окружающими он никогда не делился своими психическими проблемами, он боялся осуждения и обвинений в излишнем формализме.

Естественно в первейшую очередь Казимир Малевич (К. М.) был художником, поэтому все, что происходило в его сознании переносилось им на холсты. Первые робкие попытки "оквадрачивания" начинаются в творчестве К. М. С начала 10-х годов. Но тогда он еще стеснялся, боялся предельного совершенства своей собственной мании. Поэтому в 1913 году он с радостью согласился принять участие в одном из самых грандиозных футуристических мероприятий, надеясь с меньшими моральными нагрузками для себя реализовать хотя бы в искусстве декорации навязчивую идею квадрата. В декабре в петербургском театре "Луна-парк" (вот откуда это слово со вкусом сахарной ваты) состоялась премьера футуристической оперы-мистерии "Победа над солнцем". Результат был ошеломляющим - появляющийся на сцене огромный черный квадрат, затемняющий солнце произвел неизгладимое впечатление на публику. Да и на самого художника. Он наконец увидел ЕГО в чистом виде. И - испугался, почувствовав свое собственное несовершенство и бессилие.

Именно в тот год, работая над эскизами декораций, К. М. Придумал свой СУПРЕМАТИЗМ как следующую, а возможно и последнюю ступень в развитии искусства. Само слово-корень "супремус", т. е. "превосходящий", очевидно подразумевало сам квадрат и его значение в живописи. Дело в том, что к тому времени К. М. видел квадраты практически на всех окружавших его предметах - от баночек с зубным порошком до позеленевших статуй на Зимнем дворце. А само слово было вполне в духе времени - громоздкое и странно звучащее имя для нового искусства. Вообще, если говорить об именах, то они явно сыграли свою роль в данной истории. Ребенок людей, которых звали СЕВЕРИН и ЛЮДВИГА просто не мог быть заурядной личностью (по крайней мере старший - у К. М. восемь братьев и сестер плюс еще пять, умерших во младенчестве). Первую жену художника звали КАЗИМИРА - тоже своеобразный квадрат, т. е. перемножение имени на само себя. Наконец, возможно наибольшей гармонии простоты и обеспредмечивания смысла он добился в имени своей младшей дочери - УНЕ. Если мы копнем поглубже, мы увидим в биографии К. М. множество таких зашифрованных "квадратов".Но сам он вряд ли замечал отдельные их проявления.

Между тем болезнь явно прогрессировала. Через два года он уже замечал не менее тридцати квадратов на собственном теле, а еще через некоторое время до 30% видимой части реальности он видел в виде навязчивых прямоугольных фигур. Его супрематизму сопутствовал успех, он очевидно предвосхищал события, чем и заслуживал если не признание, то во всяком случае удивление. В рамках новой концепции искусства К. М. пытался обуздать свой патологический квадрат, загнать его в какие-нибудь рамки, хотя бы даже превратить все в шутку (имеется в виду работа "Красный квадрат. Художественный реализм крестьянки в 2-х измерениях") - но все было тщетно. Квадраты загоняли художника в угол, ждали его в подворотнях разума и настигали на улицах городов. К. М. пишет огромное количество квадратов - на полях собственных записей. По сути его дневники и теоретические работы выглядят как собрание черных квадратов разного размера. Приходя в отчаяние от борьбы с самим собой по вечерам К. М. предается утопическим мечтам уничтожить начисто предмет искусства как таковой, мечтам, которые он сам так и не сможет реализовать - из-за того, что каким бы абстрактным не было его очередное полотно в глазах зрителей, сам К. М. точно знал, что является предметом его искусства. Им был ОН.

После революции наступает (правда, очень недолгий) период абсолютной свободы творчества для передовых деятелей искусства. Малевич пользуется этим для вывода своих квадратов на обозрение широкой аудитории. Что он только с ними не делал, чтобы избавиться от навязчивых видений! Основной метод - деформация. Сначала К. М. их просто сплющивал, получались прямоугольники - не помогало. Он убирал прямые углы и трансформировал свои квадраты в совсем другие плоские геометрические фигуры. Когда и этот метод был исчерпан, художник решился на отчаянный шаг, он решил отвлечь собственное сознание от квадратности путем преобразования ее в объем. Объектом послужили крестьяне. Нельзя считать, что К. М. был конъюнктурщиком, пролетарская тема тогда была выше собственной актуальности и популярности. Трансформация квадратов в крестьян на короткое время помогла К. М., его видение мира стало более реалистичным, только идентифицирующие квадраты объектов реальности остались на месте. Но менее чем через год происходит непоправимое, чудовищно случайный случай, вернувший моментально художнику все его страхи и комплексы. На одной из выставок авангарда в Москве к Малевичу подошел молодой человек из рабочей среды, который с явным недоумением рассматривал его полотна, и проголосил: "А почему у вас все люди такие квадратные?". И - мгновенно рассыпался в глазах К. М. на множество разноцветных пикселей.

С этого момента весь мир начал видеться К. М. чем-то вроде pixel art'а - мозаичной совокупностью мелких разноцветных квадратиков. К. М. был в отчаянии. Пробовал экспериментировать с белым цветом, но не смог его обуздать, пробовал работать с объемными геометрическими фигурами, но запутывался в сплетении граней. В начале 20-х Малевич сдался. КВАДРАТЫ ПОБЕДИЛИ. Художник пишет маслом свой знаменитый "Черный квадрат" и выставляет его. Заодно с ним на выставку помещены "Черный круг" и "Черный крест" - для того, чтобы внимание посетителей не акцентировалось слишком сильно на болезненной мании К. М.

Побежденный самим собой, К. М. строит с той поры всю свою жизнь по принципу квадрата, точнее основной принцип был - движение по сторонам квадрата. Он реконструирует заново весь свой творческий путь, придя к последней из вершин фигуры. С середины 20-х Малевич начинает все заново: сначала импрессионизм, потом кубизм, супрематизм и реализм в самом конце жизни.

Весной 1935 года К. М. слег и больше уже не вставал с кровати. Преодолеть еще один кольцевой путь по сторонам квадрата бытия он был уже не в силах. Медики не могли не только помочь ему, но даже точно поставить диагноз. Интересно, что бы они сказали, если бы знали, что пытаются бороться за жизнь человека, который всю реальность воспринимал тогда как сплошное белое поле с медленно передвигающимися по нему черными квадратами людей. Он ждал - когда наконец картина реальности придет к своей логической прекрасной завершенности, сведясь к идеалу геометрического совершенства. Попросту говоря, когда все квадраты сольются в один. Он дождался. 15 мая 1935 года Художник Казимир Малевич умер.

Что это было? Лишь интерпретация от природы чувствительным сознанием собственной судьбы и предназначения, или все же взгляд в будущее? Был ли пресловутый "Черный квадрат" предвосхищением значимости великого символа нашего поколения - экрана электронной трубки или не был, - никто не скажет теперь.